То, что происходит сегодня вокруг Украины, никак нельзя назвать «новой холодной войной». Это — та самая старая холодная война, которая шла и продолжает идти, не прекращаясь. И у меня эта «новая» холодная война никакой озабоченности не вызывает — потому что хорошо уже то, что она «холодная». Хуже было бы, если бы была «горячая». И нечего искать «поджигателей холодной войны»: холодное не горит. Вот поджигатели горячей войны — они есть, но это совсем другая история.

И горячей войны, слава богу, пока не предвидится, а холодная была всегда, покуда существует нынешняя расстановка сил, покуда существуют нынешние взаимоотношения в мире. То есть, как минимум, это продолжается 200 лет.

Цели у этой «холодной войны» вполне понятны. Это, с одной стороны, выживание России в своем геополитическом пространстве, а с другой — уничтожение России. Естественно, у этих целей разные субъекты. А условия войны — для нас — ухудшились, конечно. Потому что со времен Брестского мира в такой заднице мы никогда не сидели. Смешное, что мы сами в нее и пришли, можно сказать. И теперь почему-то удивляемся, что нас хотят просто добить.

Пришли, конечно, не сегодня. Я говорю о событиях 1990-91 гг. А последние украинские события как раз очень адекватны. Потому что Украина вообще в течение длительного времени находилась вне нашего геополитического поля. Почему, собственно, у наших «оппонентов» такая истерика? Их главный тезис — нельзя допустить возвращения Украины в пространство России. Это тезис Бжезинского, тезис, который озвучен был в Конгрессе США. О чем прежде всего говорит этот тезис? О том, что до сих пор Украина не была в нашем геополитическгом пространстве, и они очень хотели закрепить такую ситуацию — закрепить ее безвозвратно. А мы попытались эту ситуацию поменять, предотвратить.

Что мы могли в этой «холодной войне» противопоставить Западу?

Всё. Потому что до сих пор мы почти ничего не противопоставляли. Или даже, точнее сказать, вообще ничего не противопоставляли. Первый раз что-то противопоставили, и из этого смотрите, что вышло. Вместо того, чтобы обтяпать все, что они хотели, тихо, со свистом и с хорошим пиаром, они получили очень серьезные проблемы. И, самое главное, что они получили ситуацию геополитического размежевания, а в таком состоянии все их победы обессмысливаются. Политических версий в стране может быть сколько угодно, она может как угодно колоться в политике, страна может воевать в гражданской войне. Например, в США была гражданская война, но там не было геополитического раскола, когда одна часть страны хотела уйти к Канаде, а другая к Мексике. Вот если бы это было, так бы оно и случилось. Вот и все. И геополитический раскол — это вещь, которая не лечится. А если она еще подкрепляется расколом экономическим, то есть огромными противоречиями в сфере экономической, в сфере финансовых трансферов, а также расколом языковым, религиозным, культурным и так далее?

И проблемы Украины не имеют никакого отношения к борьбе «демократии» против «недемократии», демократической модели против авторитарной, например.

Речь идет не о модели. Речь идет о содержании. Модель может быть любой. Есть такая страна Япония, например, у которой ее политическая система формально очень похожа на Британию, а реально всем понятно, что она совершенно другая. В Японии, кстати, существует правящая партия в течение многих лет, абсолютно доминирующая, и лидерство в этой партии меняется в соответствии с межклановыми разборками внутри нее. Почему-то это ни у кого не вызывает чувств огромного протеста. Потому что это другая политическая система, это политическая система гораздо ближе к традиционной японской, чем к европейской демократии. Все страны так живут. Германская политическая система существенным образом отличается от британской. Существеннейшим.

А в случае Украины речь вовсе не идет о демократии, свободах и т.д. Речь идет о том, что под прикрытием якобы демократических процедур ведутся спецоперации, направленные против страны. Кстати — и против демократии тоже. Потому что демократия — это процедура. Это аксиома, да? Ребята, но когда у вас меняется процедура в процессе ее реализации, причем, грубо говоря, мы играем по правилам, а они играют с правилами, — победить невозможно. Если мы играем в футбол, то мы играем по правилам футбола, а если мы после второго тайма при счете 5:0 сказали: всё, хватит, теперь будут шашки… И причем здесь 5:0? 5:0 в шашках не считается! Вы что, ребят, вы больные что ли? Какие 5:0? Это же шашки!..

Так вот, при таком отношении к демократической процедуре вы выиграть в этой партии не можете в принципе. Но и они тоже прокололись. Потому что если они таким образом отменяют правила, то они отменяют их не только для себя, но и для нас. А они этого, наверное, не поняли.

Пока что эксперименты у них давали другие результаты. Вот, например, в лагере «Сербия» они отменили правила. И никто им ничего в ответ там сказать не может — дескать, мы так не договаривались. А никто ни с кем и не договаривался! Или вот в Грузии, где был абсолютно проамериканский режим Шеварднадзе. Они устроили эксперимент над проамериканским режимным Шеварднадзе. И мы тут были абсолютно ни при чем. Был их «хороший человек», потом оказался «нехороший» — ну они и решили там у себя внутри все довольно быстренько.

Но Украина — это другое место. Полстраны — это просто наше культурно-историческое и политическое пространство. И если мы не хотим их просто предать… Ну, в принципе, с тем же успехом мы можем предать и Дагестан, и Краснодарский край, и Ростовскую область, и Липецкую, какую угодно, Мордовию можем отдать и сказать, что — а это не наше пространство, тут что-то не то происходит, мы вмешиваться во внутренние дела Липецкой области не будем.

Все прошлые годы мы их, в общем-то, предавали. Ельцинский режим примерно так и работал. А сейчас попробовали не предавать.

Для того, чтобы не предать, не надо особо напрягаться. Надо делать то, что делали — и всё. И всё, у нас позиция была, она не изменилась. Не нужно никаких дополнительных движений, всё идет нормально и логично. Только не надо шарахаться в истерику: ах, а вдруг победит Ющенко, и как же мы будем ему теперь задницу лизать, раз он на нас обиделся? Какой ужас! Так вот — этой проблемы, с задницей Ющенко, для нас не существует.

Потому что проблема теперь уже вовсе не в том, кто придет — Ющенко или Янукович. Януковича Западная Украина не примет. А Ющенко не примет Восточная. А вот все те люди, которые разделяют с нами судьбу — они наши. Вот и всё. И, естественно, они могут на нас рассчитывать. Если они захотят на нас рассчитывать, они на нас смогут рассчитывать. Больше от нас, от России ничего не требуется. Те люди, которые с нами — они с нами, а мы с ними. Остальных к нам идти никто не заставляет. Насильно мил не будешь.