Примером организации взаимодействия с национальными силами безопасности может быть совместная антитеррористическая работа, которую осваивают соответствующие службы российского Черноморского флота и ВМС Украины. В Москве и Киеве исходят из того, что значительная часть кораблей флотов Украины и России дислоцирована в так называемых бухтах совместного базирования (бухты Стрелецкая и Севастопольская) и наиболее эффективной является их совместная охрана. В Севастополе, в частности, уже давно активно взаимодействуют военные комендатуры ЧФ и ВМС Украины. И патрули военнослужащих двух стран получают аналогичные задачи по охране общественного порядка в городе и в воинских гарнизонах.

Народный депутат Украины, лидер партии «Батькивщина» и политического блока своего имени Юлия Тимошенко любит писать письма представительным и влиятельным мужчинам. Несколько лет назад она, тогда еще глава корпорации «Единые энергетические системы Украины», отправила письмо в адрес президента США Билла Клинтона, потребовав от него предпринять экстренные меры для ликвидации унизительной для Киева нефтяной зависимости от России. Правда, ответа Тимошенко не получила.

В свое время суперлайнер «Мрия» создавался для транспортировки на космодром Байконур космических кораблей многоразового использования «Буран» и системных блоков «Энергия», для доставки к месту назначения крупногабаритных, сверхтяжелых грузов. Существовала и другая, почти фантастическая цель — самолет планировалось применять в качестве воздушной стартовой платформы для запуска космического челнока по программе «Макс».

Совершенно понятно, что соответствующее давление осуществляется не только на украинские власти. Так как эти заявления являются публичными, они в той или иной степени распространяются в СМИ, и тем самым оказывают давление и на самих избирателей. А раз так, то субъекты этих заявлений должны понимать, что данными заявлениями они противоречат своим декларируемым посылам. Очевидно, что давление, оказываемое на избирателей, находится в противоречии с декларацией честных, непредвзятых, свободных выборов, которые они так отстаивают. Получается, что их декларации направлены против того, к чему они стремятся.

Мне приходилось наблюдать за избирательными кампаниями почти на всех континентах, и в Азии, и в Америке, и в Африке, и я не помню случая, чтобы к выборам не было претензий. Главное, чтобы эти претензии не переходили какую-то критическую черту. Что бы там ни говорили, Верховный суд Украины славится объективностью, причем не только по отношению к оппозиции, но и по отношению к власти, что немаловажно. Нарушения должны рассматриваться не на уровне мониторингового комитета из-за рубежа, а на уровне Верховного суда Украины. На Украине боязнь контроля со стороны судебных органов всегда больше, чем боязнь внешних наблюдателей. У нас очень жесткое законодательство по отношению к нарушениям на выборах.

В центре столицы Украины примерно через два с половиной года появится новый железнодорожно-автомобильный мост через Днепр, который свяжет Дарницу с центральным вокзалом «Киев-Московский». На градостроительный совет, проходивший в середине сентября, было представлено три проекта из Санкт-Петербурга, Москвы и Турции. Они очень отличались друг от друга, и зодчим Украины, которые не участвовали в конкурсе, предстояло выбрать лучший, наиболее отвечающий их желаниям и представлениям о мостовом переходе через могучий Днепр, который в этом месте имеет ширину более километра.

Глава Института политических исследований Сергей Марков считает, что «прозападный» экс-премьер Ющенко не отвечает интересам как Российской Федерации, так и российского бизнеса. «Для Москвы, — заявил Марков, — важна преемственность. В наших двусторонних отношениях она желает продолжения того, что есть сегодня. А сегодня налицо подвижки, такие, как рост товарооборота, готовность сотрудничать в формировании единого пространства и другой позитив».

Мы имеем дело не столько с политической позицией, сколько с политической технологией. Я, например, не исключаю, что появление законопроекта в США — это результат определенной серьезной работы лоббистских структур, связанных с политическими силами на Украине. Не исключаю, что появление очень жесткого по характеру, явно пиарного по содержанию законопроекта, который претендует на регламентацию взаимоотношений США и Украины в условиях выборов и после них — это продукт PR-технологии. Особенно обращает на себя внимание настаивание на неких санкциях в зависимости от хода и характера политических процессов в Украине и отношения людей к ним. Можно однозначно квалифицировать это как посягательство на вмешательство во внутренние дела.

Вне всяких сомнений, Россия более заинтересована в демократической, прогнозируемой Украине, чем США. Ибо наш северный сосед несравнимо более зависим от внутриполитической ситуации в Украине не только в смыслах экономическом, социальном, торговом, но, что еще важнее, геополитическом, военном. Но, позволяет ли кремлевское руководство оказывать давление на внутриполитическую обстановку в Украине такими жесткими, диктаторскими методами? А разве не могло бы? И это при том, что президента Путина в последнее время то же американское руководство обвиняет и в имперских амбициях, и в тоталитаризме, авторитарных формах правления, отказе от демократии. Это мне напоминает известную притчу о том, как вор громче всех кричит: «Держи вора!»

Отставка украинского министра обороны Евгения Марчука накануне президентских выборов стала неожиданностью для киевских политиков. Представитель Института стран СНГ Кирилл Фролов уверяет, что отставка Марчука пойдет на пользу украинско-российским отношениям — «пал один из столпов антироссийской политики на Украине. Марчук покровительствовал националистическим организациям».